На большинстве европейских языков эта одежда называется скучно и длинно: пальто из овчины. Зато в русском давным-давно прижилось емкое и яркое название, вполне созвучное красоте и дерзости моделей: дубленка. Вещь, безусловно, уникальная – как есть на Земле реликтовая флора и фауна, благополучно пережившая последний ледниковый период почти в первозданном виде, так есть и одежда, прошедшая через тысячелетия от лесных костров до модных подиумов с не слишком-то и большими изменениями.
Конечно, если говорить серьезно, современная дубленка совсем не похожа на свою далекую прародительницу из сшитых на живую нитку шкур, прямую связь между ними проводят больше для красного словца. В исторической же реальности для появления качественной одежды из овчины должно было произойти как минимум два события эпохального значения: одомашнивание овцы и разработка технологии дубления кожи. Понимание того, из чего делают дубленки, напрямую связано с этими древними процессами: основным материалом всегда была и остается овчина, прошедшая специальную обработку.
Овцы, дубы и археологические памятники
Выяснять, что случилось раньше – примерно так же бесполезно, как выяснять первенство курицы или яйца. По утверждениям археологов и историков, стада домашних барашков бродили по зеленым лугам древней Месопотамии, на территории современной Турции и Ирака еще десять тысяч лет назад! А уж представить сельское хозяйство Эллады или Древнего Рима без овцеводства в принципе невозможно; так что овечка с ее теплой шерстью сопровождает человека почти с зари времен.
Но и умение выделывать кожи с применением дубильных веществ, содержащихся в растительном сырье и придающими материалу особую прочность, – сейчас их называют танинами, – было освоено людьми в древнейшие с современной точки зрения эпохи. К примеру, в легендарном Мехргархе, оплоте доисторической цивилизации в долине Инда, ремесленники вполне профессионально дубили кожу в VII-VI веке до нашей эры. Ну а где и когда «встретились» искусство дубления и избыток овечьих шкур у какого-нибудь богатого землевладельца – история умалчивает.
Понятно, что в регионах с мягкими климатическими условиями особой надобности в пошиве теплой меховой одежды не было, и конкретный прообраз современной дубленки мог родиться только на территориях с холодными зимами, где, как принято считать, человеческая цивилизация развивалась намного медленней. Медленней – да не намного! Еще в советский период в ходе археологических раскопок под городом Минусинском в Западной Сибири было обнаружено захоронение возрастом 2000 лет, и в нем овчинная одежда с полноценными рукавами, сшитая внутрь мехом: действительно прапрабабушка дубленки. Реконструировать находку с долей фантазии – и визуально не отличишь от произведения какого-нибудь современного суперкреативного модельера... Но надо подчеркнуть: именно визуально, поскольку и на ощупь, и по весу, и по комфорту носки овчина, выделанная даже сто-двести лет назад, не шла ни в какое сравнение с нынешними изысками; что уж говорить о тысячелетиях.
Дубильные вещества содержатся во многих растениях, но основным их источником в северном полушарии планеты всегда был дуб: в дело годились и кора, и листья, и сама древесина, а огромное дерево – это не травка какая-нибудь, которую замучаешься собирать. Возможно, вам интересно, почему дубленка называется дубленкой? Ответ кроется именно в этой технологии: от слова «дубление», которое, в свою очередь, произошло от названия дерева, дающего кору для обработки кожи. Отсюда и термин «дубление», и, конечно, собственно «дубленка».
 Дублёнка-авиатор Б-3 Бомбер Винтаж |
 Куртка пилот из овчины Б-7 Аляска |
Дедушка-тулуп
Если продолжать «родственные» аналогии, то родным дедушкой дубленки однозначно был русский тулуп. Слово и сейчас понятно и знакомо современникам, хотя появилась эта крестьянская одежда несколько столетий назад в Центральной России и в Сибири. Другие наименования одежды – кожух, нагольная шуба. Почему? Да потому что при пошиве овчина выворачивалась мехом внутрь, а сверху оставалась «голая» кожа. Народ, что победнее, носил тулупы с некрашеным верхом не слишком привлекательного буро-глиняного оттенка. Зажиточные крестьяне предпочитали одежду из крашеной кожи, правда, выбор цветов был невелик: черный да темно-коричневый. А если в кубышке хорошо звенело и хотелось принарядиться – можно было прикупить на ярмарке нагольную шубу, покрытую дорогой тканью: парчой, атласом, да пусть даже и качественным сукном, порой с вышивкой, жемчужной нанизкой, узорчатыми металлическими бляхами и прочим декором.
Шились тулупы объемными, очень длинными – в пол, поначалу без всяких застежек: затянуть поясом, и ладно. А то и вовсе ходить на праздниках в кожухе нараспашку, демонстрируя «нижние» одежды, что считалось особым шиком.
Но праздники нечасто случались в жизни простонародья, да и возможность носить дорогие теплые одежды была далеко не у всех. По большинству же простой овчинный тулуп предназначался для «черной», повседневной работы: защищать от холода лесорубов, сторожей, ямщиков. О, у ямщицкого братства существовал буквально культ тулупа: ну какая еще одежда так надежно укроет и от трескучего мороза, и от шалого ледяного ветра, что норовит забраться в каждую щелочку на дальних снежных перегонах, выстудить живое тело? Мягкий мех внутри согреет, плотная дубленая кожа снаружи оттолкнет холодный воздух.
Помните строки Александра Пушкина из поэмы «Евгений Онегин» о зиме и торжествующем крестьянине, которые учили еще в школе? «Бразды пушистые взрывая, летит кибитка удалая; ямщик сидит на облучке в тулупе, в красном кушаке...» Кстати, у ямщиков Сибири и Алтая было в обычае возить с собой запасной тулуп: мало ли кто встретится в снежном просторе, терпящий бедствие, а отогреть человека лучше способа не придумали, чем завернуть в просторную жаркую овчину. Есть немало исторических свидетельств и тому, что когда пассажирами ямщицкого извоза бывали высокопоставленные особы – всякое случалось, и служба гнала, и опала, и дела сердечные, – то и они ничуть не гнушались кутаться в простонародные тулупы. Мороз всех равняет.
Отдельно надо сказать о постовых тулупах. Ямщик, он хоть с облучка может спрыгнуть и ноги размять, а постовой где поставлен, там и стоит. Даже сегодня в армейской среде гуляет шутка: «часовой – живой труп, завернутый в тулуп, инструктированный до слез, выставленный на мороз, с надеждой смотрящий: не идет ли разводящий». Овчинная одежда постовых была особенно теплой, длинной, с рукавами, закрывающими кисти рук до кончиков пальцев. Причем такое внимание к униформе объяснялось не столько заботой о людях, сколько рациональным подходом к выполнению боевой задачи: случись что, немного замерзший в сосульку постовой навоюет.
Женщины-крестьянки тулупы тоже носили, но не всегда и не везде. Как говорилось: женщина и кошка хозяйничают в избе, мужчина и собака – во дворе. Женщинам незачем было надолго уходить из дома в зимние холода, и овчинные тулупчики приберегались для деревенских гуляний.
Мягкие, хорошо выделанные кожухи окрашивались в светлые цвета, расшивались орнаментами и накладками, часто по вороту пускался мех соболя, куницы, белки. Ценилась одежда красиво приталенная, расклешенная в нижней части, чтобы подчеркивала фигуру, но не приминала пышные юбки. И длина чаще всего не ниже колена: холод холодом, но надо же пофорсить, показать искусную вышивку на подоле и роскошные сапожки!
Романовские полушубки
Очевидно: качество одежды из дубленой овчины напрямую зависит от сырья, то есть от шкур. Существует множество пород овец, каждая из которых славится чем-то своим: длиной или густотой шерсти, мягкостью, цветом... В 1716 году российский император Петр I специальным государевым указом повелел разводить в Романовском уезде, что позднее стал частью Ярославской губернии, особую породу овец. Производители силезской тонкорунной породы были привезены из Германии вместе с парой иностранных овчаров «для вразумления» местных работников. Овцы отличались густой, длинной, практически прямой и крайне теплой шерстью. Через некоторое время новая «романовская» порода обрела всероссийскую славу, Романов стал центром мехового производства, а великолепные полушубки-дубленки получили название «романовские шубы».
Современники отзывались о романовской овчине: прочна, как шкура волка, тепла, как заячий пух, радует глаз, как песец, и греет, как четыре печки. Для кроя полушубков были характерны отрезная талия и сборки от нее вниз, трехчастная спинка, борта, подол и воротник с меховой отделкой. Широко применялось тиснение, шерстяная вышивка. Основными покупателями романовских полушубков были богатые крестьяне; дворяне тоже носили такую одежку, но – вне города: на охоте, пикниках, санных катаниях.
Позднее романовские шубы проверила на прочность Первая мировая война: одежду из овчины носили боевые офицеры, персонал военных госпиталей от врачей до сестер милосердия. Интересно, что и во время революции 1917 года, и в ходе последующей Гражданской войны овчинные полушубки были все так же востребованы, однако название в РККА за ними закрепилось другое: бекеши. Смешно и странно с высоты прошедших ста лет: определение «романовский» в умах народных вождей ассоциировалось исключительно с фамилией последнего царского дома Романовых, а потому предпочтительней оказался термин, заимствованный из венгерского языка.
Впрочем, время все возвращает на свои места: что такое бекеша, сейчас надо объяснять каждому первому, а романовские полушубки вошли в историю. Легендарной же «царской овце», из шкур которой они шились, посвящен целый зал в музее города Тутаева Ярославской области, в прошлом того самого Романова.
Небесная биография
Следующая модификация верхней овчинной одежды уже напрямую выводит нас к дубленке в одном из ее самых великолепных и вечно модных вариантов: к униформе военных летчиков. Мы уже рассказывали, как в 1920-е годы знаменитый американский изобретатель, испытатель и предприниматель Лесли Лерой Ирвин ввел в обиход пилотскую куртку из теплой мягкой овчины. Тогда ее называли «курткой Ирвина», спустя сто лет ее наследников именуют куртками-пилотами, бомберами, авиаторами... и покажите мужчину, который бы не хотел носить такую модель.
Дубленки-авиаторы быстро распространились в военно-воздушных силах всех государств, что такие силы имели. Приспосабливаясь к условиям самолетных кабин, куртки укоротились, получили еще более объемные воротники, в поднятом виде плотно застегивавшиеся вокруг шеи, капюшоны, системы затяжек везде, где только можно: на рукавах, поясе, по низу, чтобы не пропускать под одежду холодный воздух. А две мировые войны добавили пилотским дубленкам, и так уже отмеченным небесной героикой, неповторимый и волнующий ореол военной романтики, круто замешанной на мужестве, смелости, настоящем мужском характере. Потому ничуть не удивительно, что в середине XX века дубленки-авиаторы стали невероятно популярными во всех слоях общества.
 Куртка Пилот из овчины B-3 Bomber |
 Бомбер пилотов ВМС Б-3 Бомбер Винтаж |
На волне тренда
Впрочем, «гражданская» линия дубленок тоже активно развивалась, переживая свои взлеты и триумфы. В 60-х годах прошлого столетия всю прелесть хорошо выделанных и сшитых «пальто из овчины» наконец оценила Европа: пусть климат там вполне позволял обходиться без серьезного мехового утепления даже зимой, но свое веское слово сказала мода. Овчинные полушубки, украшенные яркой, часто экзотической отделкой и вышивкой – так называемые афганские дубленки, – поднялись на волне интереса к неформальному стилю одежды, провозглашенному движением хиппи.
Масла в огонь тренда подлили звезды кино и шоу-бизнеса: в таких нарядах охотно появлялись на публике и участники «Битлз», в особенности Джон Леннон, и мелькнувший харизматичной кометой Джим Моррисон, и «хамелеон» Дэвид Боуи, и культовая французская актриса Анук Эме. В 1970-х женщины всего мира дружно ахали от дубленок Heepskin Princess Coat: приталенных, подпоясанных, с чудесной опушкой по всем открытым краям.
В советской России дубленки добывались всеми правдами и неправдами, а уникальные модели для государственных нужд создавали собственные модельеры, в первую очередь Вячеслав Зайцев. Ах, как смотрелась на зимней Олимпиаде 1984 года в Сараево советская делегация в классических жемчужно-серых удлиненных дубленках, дополненных овчинными же кепками у мужчин, меховыми шляпками и цветастыми павлопосадскими платками у женщин! Хотя если сравнивать с манто из нерпы или с пальто из золотой лисы – олимпийской парадной формой спортсменов СССР в 1964 и 1980 годах, – то даже и скромно получилось.
«Разрешенный» мех
1980-е прошли под знаком торжества гламура – роскошных и редких мехов, утонченных силуэтов. Дубленки потеснились к краю модной сцены, но окончательно с нее не сошли; по крайней мере, культовые летные куртки: стиль милитари всегда находил своих поклонников, мужскую натуру не изменишь. Но уже в 1990-х наметилась мировая тенденция отказа от одежды из натурального меха пушных зверей, разводимых на зверофермах специально «на шкуры», и многих диких видов. Движение защитников природы достигло пика в 2000-2010 годах и до сих пор продолжает существенно влиять на модные тенденции и рыночный спрос. Во многих развитых странах запрещено звероводство, производство одежды из шкурок соболя, норки, песца.
А дубленка? А дубленка остается и даже не особо-то подвергается критике, разве что со стороны самых радикальных зоозащитников: овцеводство – многофункциональная отрасль, если овечьи шкуры не использовать для пошива одежды, их придется просто утилизировать, что совершенно бессмысленно. Так что уютные, теплые, красивые дубленки уже второй десяток лет снова в центре внимания. Сегодня с овчиной много экспериментируют дизайнеры лучших модных домов: увеличивают и уменьшают длину, покрой, сочетают с другими материалами, добиваясь уникальных, порой даже эпатажных моделей.
Bison Store же идет своим путем: каталоги наполняются аутентичными дубленками-авиаторами, созданными на основе знаменитых B-3, B-15 и других культовых образцов летной униформы. Это даже не мода, это скорей традиции преемственности, своеобразная философия. Куртки пилотов истребителей, бомберы, супертеплые арктические парки летчиков АЛСИБ, женские модели, названные в честь легенды американской авиации Нэнси Лав – все они объединены не только названием «дубленка», но и общим духом вневременной романтики неба и героизма.
